Совершенствование региональной политики по привлечению и удержанию молодежи в регионе на примере СЗФО

Актуальность темы исследования. Северо-Западный федеральный округ остаётся одним из наиболее асимметричных макрорегионов страны: на фоне устойчивой концентрации молодёжи в Санкт-Петербурге и Ленинградской области периферийные субъекты округа теряют до 1,5–2,5 % когорты 18–24 лет ежегодно. По данным Росстата за 2020–2024 гг., наиболее ощутимый отток фиксируют Псковская, Новгородская, Мурманская области и Республика Карелия; в ряде муниципалитетов численность молодёжи за пятилетие сократилась более чем на десятую часть. Подобная динамика подрывает воспроизводство человеческого капитала и сужает базу регионального рынка труда. Особенно тревожно сочетание двух процессов: учебной миграции выпускников школ в столичные вузы и трудовой миграции выпускников региональных университетов в Санкт-Петербург, Москву и за пределы страны. Возникает эффект двойного «вымывания» наиболее ресурсных групп молодёжи – тех, чьи образовательные и карьерные ожидания периферийные регионы пока не способны удовлетворить. Принятие Федерального закона от 30.12.2020 № 489-ФЗ «О молодёжной политике в Российской Федерации», запуск национального проекта «Молодёжь и дети», утверждение Стратегии пространственного развития РФ задали обновлённую институциональную рамку для региональных программ удержания молодёжи. Расширены полномочия субъектов в сфере поддержки молодых специалистов, появились новые инструменты грантового и проектного финансирования, обновлены требования к региональным стратегиям. Вместе с тем меры, принимаемые в субъектах СЗФО, остаются фрагментарными: жилищные, образовательные и грантовые инструменты применяются разрозненно, без учёта различий между «донорами» и «реципиентами» молодёжи. Координация между субъектами округа строится преимущественно на уровне отдельных проектов, а единый информационный и аналитический контур пока не сформирован. Полагаем, что выбор инструментов региональной политики в этих условиях становится не только академическим, но и практическим вопросом сохранения территориальной устойчивости округа. Совершенствование мер привлечения и удержания молодёжи в СЗФО приобретает значение ключевого условия реализации долгосрочных стратегий социально-экономического развития субъектов, обеспечения сбалансированного рынка труда и устойчивого функционирования арктической и приграничной экономик. Это и определяет научную и прикладную востребованность настоящего исследования. Степень разработанности темы. Социология молодёжи и проблематика её социализации представлены в трудах Ю.А. Зубок, В.И. Чупрова, И.М. Ильинского, П.А. Меркулова, в которых выработан понятийный аппарат «молодёжной политики» и описаны механизмы взаимодействия молодёжи с институтами власти. Вопросы региональной экономики и пространственного развития рассматриваются в работах С.В. Кузнецова, С.С. Лачининского, Е.А. Чекмарёвой; миграция молодёжи и образовательные потоки – в исследованиях Л.Б. Карачуриной, Н.В. Мкртчяна, Н.К. Габдрахманова, С.В. Рязанцева. Зарубежная литература охватывает концепции talent attraction и креативного класса (R. Florida, M. Storper, T. Kemeny, E. Glaeser), исследования brain drain/brain gain, а также аналитические доклады ОЭСР и Европейской комиссии о политике удержания молодёжи в периферийных регионах. Несмотря на широкий теоретический задел, дифференцированная региональная политика удержания молодёжи в макрорегионе СЗФО изучена фрагментарно. Если одни авторы делают акцент на демографическом измерении проблемы, то другие сосредоточены на отдельных инструментах (жилищных, образовательных, грантовых), что затрудняет целостную оценку результативности. Сравнительные исследования действующих мер по типам субъектов и инструменты межрегиональной координации внутри округа остаются дискуссионными. На наш взгляд, именно эта лакуна предопределяет потребность в работе, объединяющей анализ институциональных условий с практическими предложениями по их перенастройке.